ЕСПЧ признал нарушение Конвенции по делу Тау против Румынии

ЕСПЧ признал нарушение Конвенции по делу Тау против Румынии

Решением ЕСПЧ по делу Тау против Румынии (от 23 июля 2019) констатировано нарушение статьи 6 (право на справедливый суд) Конвенции. Дело касалось влияния на справедливость судебного разбирательства показаний «отсутствующего» свидетеля в уголовном производстве.

Тау был арестован и в отношении него осуществлялось соответствующее расследование в рамках уголовного производства против пяти международных сетей торговли наркотиками. Об этом резонансное производства широко сообщалось в СМИ, поскольку они касались одной из крупнейших дел о торговле наркотиками, которое расследовали румынские органы того времени.

Европейский суд по правам человека в этом деле в очередной раз повторил, что гарантии, предусмотренные пунктом 3 (d) статьи 6, являются специфическими аспектами права на справедливый суд, изложенное в пункте 1 настоящей статьи, должны быть учтены при любой оценке справедливости судебного рассмотрения. Согласно судебной практике Суда, использование в качестве доказательств показаний, полученных на предварительном расследовании и в ходе судебного разбирательства, само по себе не противоречит положениям, цитируемым выше, при условии соблюдения права на защиту (см. Саиде против Франции, 20 сентября 1993, § 43, Series A № 261-C). В принципе, эти правила требуют, чтобы ответчик получил адекватную и надлежащую возможность возражать против показаний свидетеля, а также задавать ему вопросы во время предоставления свидетелем показаний или на более позднем этапе производства (см. Аль-Хавайо и Тахери против Соединенного Королевства ([ОП] , № 26766/05 и 22228/06, § 118, ЕСПЧ 2011).

По делу Аль-Хавайо и Тахери (указано выше, §§ 119-147), Большая палата уточнила принципы, которые следует применять, когда свидетель не является на судебное заседание. Эти принципы могут быть обобщены следующим образом (см. Также Боец против Украины, № 20963/08, § 75, 30 января 2018).

(И) Суд в первую очередь должен рассмотреть предыдущий вопрос о том, были уважительные (весомые) причины принимать доказательство от отсутствующего свидетеля, принимая во внимание, что свидетели, как правило, должны представлять доказательства на суде, и нужно принять все возможные меры для обеспечения их явки

(II) Типичными причинами для неявки есть, как в деле Аль-Хавайо и Тахери (цит. Выше), смерть свидетеля или страх мести. Однако, существуют другие законные причины того, почему свидетель может не явиться в суд;

(И II) когда свидетель не был допрошен на предыдущей стадии производства, разрешение принять показания свидетеля вместо живых показаний в суде должно считаться крайней мерой;

(Iv) принятие в качестве доказательств показаний отсутствующих свидетелей приводит к потенциальным сложностей для подсудимого, который, в принципе, в уголовном суде должен иметь эффективную возможность обжаловать улики против себя. В частности, он должен быть способен проверить правдивость и надежность показаний свидетеля, путем устного допроса в его присутствии, или в то время, когда свидетель дает показания, или на более поздней стадии производства;

(V) в соответствии с «правила единого или решающего доказательства», если осуждения подсудимого основано полностью или преимущественно на доказательствах, представленных свидетелями, которых обвиняемый не может допросить на любой стадии производства, его права на защиту считаются неправомерно ограниченными;

(Vi) в этом контексте слово «решающий» стоит узко понимать как обозначающий доказательство такого значения или важности, которая может определить исход дела. Когда непроверенные доказательства свидетеля сопровождаются другими поддерживающими доказательствами, оценка того, являются ли они решающими, будет зависеть от силы вспомогательных доказательств: чем сильнее другие инкриминируя доказательства, тем менее вероятно, что доказательства отсутствующего свидетеля будут считаться решающими;

(Vii) однако, поскольку статья 6 § 3 Конвенции следует толковать в контексте общего рассмотрения справедливости судебного процесса, правило единого или решающего доказательства не следует применять в жесткий способ;

(Viii) в частности, когда показания, основанные на слухах, является единственным или решающим доказательством против подсудимого, их принятие в качестве доказательства не приведет автоматически к нарушению статьи 6 § 1. В то же время, если осуждения основывается исключительно или преимущественно на показаниях отсутствующего свидетеля Суд должен подвергнуть производства наиболее тщательному контролю. Из-за опасности принятия таких доказательств это будет очень важным фактором для сохранения баланса, и его необходимо будет уравновесить достаточными фактами с другой стороны, в том числе — существованием сильных процессуальных гарантий. Вопрос в каждом деле заключается в том, достаточны уравновешивающие факторы, включая меры, позволяющие справедливую и надлежащую оценку достоверности доказательств. Это позволит суду основываться на таких доказательствах, только если они достаточно надежны, учитывая их значимость для дела.

Эти принципы были подробнее разъяснены в решении Шачашвили против Германии ([ОП] № 9154/10, §§ 110-131, ЕСПЧ 2015), в котором Большая палата подтвердила, что отсутствие веских причин для неявки свидетеля сама по себе не могла вызвать несправедливость судебного разбирательства, хотя она оставалась очень важным фактором, который должен быть уравновешено учтен при оценке общей справедливости судебного разбирательства, и не могла свидетельствовать о нарушении пунктов 1 и пункта 3 (d) статьи 6. Кроме того, учитывая, что целью Суда проверить было производство в целом с праведливим,

Суд должен подвергать проверке соблюдения принципа равенства сторон не только в случаях, когда показания отсутствующего свидетеля были единственным или определяющим основанием для осуждения заявителя, но и в случаях, когда было непонятно, есть ли такие показания решающими или имеющими значительный вес и могут усложнить защиту. Мера соблюдения равенства, которая необходима для обеспечения справедливого рассмотрения дела, зависела бы от веса показаний отсутствующего свидетеля. Чем важнее такие доказательства, тем больший вес должны иметь уравновешивающие факторы, чтобы производство в целом считалось справедливым (см. Также Боец, упомянутое выше, § 76, и Valdhuter против Румынии, № 70792/10, § 45, 27 июня 2017).

В конце концов, учитывая отсутствие весомых причин неявки отсутствующего свидетеля, недостаточность дополнительных инкриминируя доказательств и процессуальных гарантий, способных уравновесить отсутствие свидетеля Ф.Д. в ходе судебного рассмотрения дела заявителя, Страсбургский суд установил, что уголовное производство, при общей его оценке, было несправедливым из-за признания доказательством показаний отсутствующего свидетеля Ф.Д., предоставленных во время досудебного расследования.